не вернулись, впрочем, как и их проводники. Что произошло – не знаю. Практически готово 76-мм орудие, но там два моих «метода», с помощью которых я заставил работать «сорокапятку» уже не работают. У последней накатник не газовый, а пружинный, и сальник подкручивал специальный номер расчета, который при выстреле наблюдал за количеством выброшенного масла. Уплотнялся сальник пенькой, и поджимался бронзовой втулкой. Запасные гидроцилиндры мы захватили с собой. На эту «экспедицию» или «кампанию» хватит, а там до Крыма доберусь, где растет «крым-сагыз». Так будет вернее. В общем, пришлось отбрехиваться и говорить о жутко дорогом удовольствии иметь «укрощенного» «бога войны» под рукой. Денег на это дело Новгород не выделял, а снабжать всем и вся чужие дружины – весьма накладно! Но старого вояку на мякине не проведешь! Он, в отличие от двух еще воевод: смоленского и полоцкого, рядом со мной стоял, когда я из «Маузера» вверх пальнул, чтобы остановить попытки начать грабеж села. Он это запомнил хорошо! И видел, как я подобрал гильзу. Остальные стояли дальше и были сосредоточены на орудии. Они еще не знали, что их не одно, а шесть. И минометов еще никто не видел. Я не был уверен в том, что ими придется стрелять, так как нет надобности сжигать город с товарами. Но батарею, на всякий случай, с собой прихватил. Для смолян и подольчан я, все-таки, был чужим, поэтому их претензии я просто проигнорировал, а сказку о том, что дело в финансах, рассказал только Рознегу и Всеволоду. Путешествие продолжилось, хотя один из челнов вдруг неожиданно захотел вернуться назад, но его не отпустили. «Дело» передали Храбру, главе «тайного приказа», тому самому воину, который у меня про брата спрашивал. Своих «тайных» я подключать не стал. Люди были не мои, пусть разбираются новгородцы.
И вот мы достигли устья реки Ёрзовки, по которой удалось на веслах пройти всего шесть километров. Там было селение венгров, которые за плату набросали на волоке бревнышки, по которым мы катили 16 километров по степи свои челны до Конной балки. Так как перекатывать пришлось большое количество челнов, то венгры неплохо заработали. Они еще и предоставляли лошадей, чтобы помогать протаскивать суда. До речки Кармагон суда в чистом виде протаскивали по мелякам. Воды в реке, которая будет носить название Грачи, было не слишком много, но существовала некая система «шлюзов», правда, не рассчитанная на такое количество судов. Но моей коннице на текинских жеребцах и с маузерами, пришлось изрядно поработать, чтобы отловить в степи всех, кто мечтал донести на Дон новость о том, что идут войска. Благо, что противостоять текинцам пришлось низкорослым местным породам лошадей.
Глава 10. Белая Вежа
Восемь суток заняло это удовольствие, наконец собрались на глубокой воде и тронулись далее, попутно ведя конную разведку по обеим берегам реки. Еще пять суток по извилистой реке, без лоцмана, левединские венгры нам в них отказали. Хотя мы, официально, возвращаемся из похода в Киев. С Каганатом мы не ссорились, пока. Гонцов мы отловили, не убивали, тех кто сопротивления не оказывал, но шило в мешке не утаишь, увы, голубиную почту никто не отменял, а на волоке мы видели голубей. Так что, о подходе по Дону наших ладей противник знал, хотя точное время подхода ему было не известно. На шестые сутки путешествия по реке Дон я увидел одну из ладей, на которых ушла вперед разведка, быстро поднимавшуюся по реке вверх и подал сигнал всем спустить паруса, перейти на весла и править левому берегу. Кажется, прибыли. Сам я никогда этого места не видел. В мои годы здесь разливалось Цимлянское море. Справа только что прошли реку Чир, подходили к Цимле. С ладьи прокричали, что впереди город.
– Давай к берегу! – подал я команду. Впереди шли несколько ладей, в экипажах которых были пруссы, опытные «морские пираты» и знатоки этого дела. В этой галере был их бывший сотник Хотебуд, тот, который сам мне сдался.
– Плохи дела, княже.
– Что так?
– Поехали, сам глянешь.
Мы сели на коней и через 15 минут я оценил, во что мы вляпались без разведки, все как у Пушкина: «Остров на море лежит, град на острове стоит!». Византийцы качественно построили крепость! Да, она – глинобитная, но стены начинаются каменной кладкой, типа фундамента, а вокруг города – два рукава Дона протекают. Обе протоки перегорожены цепями. На «нашем» левом берегу – караван-сарай с причалом, но находящийся на расстоянии от стен города на расстоянии прямого выстрела из луков. Жаль, что с оптикой пока очень напряженно, сумели только несколько стереотруб-дальномеров сделать для артиллерии и минометов, но без просветления и аберрация у них довольно значительная. Крайний из них получился уже лучше, за счет двойных линз удалось частично избавиться от хроматической аберрации и практически идеально притереть выпуклую и вогнутую линзы. Но процесс этот не автоматизирован, требует высокой самоотдачи, кучи вспомогательных инструментов и… времени. А с этим есть большие проблемы. Наш поход готовился спешно. «Командует» изготовлением линз Мила, у которой куча достоинств, но есть один недостаток: знаний и опыта у нее мало. А у меня – вечный дефицит времени. Но отсидеться дома пока невозможно: судя по реакции почти всех воевод – поход провален. «Предков» подрастающее поколение считает «недоразвитыми», «глупыми» и «нуждающимися в их бесценных советах», запросто Сталина учат экономике или политэкономии, сами при этом в этих предметах решительно «плавают», так как «проходили мимо», но многое подчерпнули из сомнительных источников, но у них же «режим бога»! И есть нога, которой они дверь в любой кабинет с пинка открывают. Вот чего мы, офицеры и командиры 20-21-го веков, не имеем, так это навыков использования рельефа местности для своих нужд. Зачем подстраиваться под рельеф, если есть огневое преимущество? Не потянул сам, вызывай авиацию! Есть у меня возможность сравнять с землей и сжечь это поселение, но расплачиваться с подкреплением придется из собственного кармана. Город укреплен просто великолепно! Даже старый пират Хотебуд прекрасно понимает, что без больших потерь город не взять! Засыпят стрелами и дротиками на подходах, а площадки у причалов зальют греческим огнем и кипящей смолой. Штурмовые лестницы сбросят в реку, глубины на фарватерах нам неизвестны и замерить их нам не дадут. Все это было высказано воеводами на первом же совещании.
– Хорошо, можете поворачивать назад, так как вы убедились, что штурм города невозможен. Моя дружина остается и возьмет город. Я никого не держу. Ваша доля в добыче составит только 5 %,
